м. Балтийская, Я помню, как утренний свет ложился на простыни, и ты целовал меня, начиная с ключиц, спускаясь ниже, — и мир замирал. Тот запах — смесь твоего одеколона и влажного воздуха из открытого окна — до сих пор преследует меня, когда я закрываю глаза. В такие минуты я чувствовала себя не просто желанной, а единственной, и время тянулось, будто вязкий мёд.